Я всегда мечтала иметь бернского зенненхунда. Запала мне эта порода еще с детства, когда, гоняя с друзьями на великах по дачным участкам, мы оказались на дальней дороге с еще не огороженными домами. Там, на ярко-зеленой лужайке будущего коттеджа по-львиному подняв голову, благородно и спокойно отдыхал большой красивый пес, с густой черной шерстью, ярко-рыжим подпалом и белыми кончиками лап и мордой. Этот зверь меня покорил, и так образ идеальной собаки вошел в мою жизнь.
Шли годы, я слушала маму, и научилась видеть, что эти собаки не ладные, тяжеловатые, негармоничные и немного разболтаны при ходьбе. И вообще куда в московчкую квартиру этого великана. А шерсть так вообще длинная, ухаживать за ней сложно, а находить везде по дому совсем непритяно. И, обретя определенную самостоятельность и материальный достаток, я начала искать. Значит собака должна быть некрупная, ладная и гармоничная, обязательно черно-рыже-белая, шерсть не длинная. И, кажется, по совету подруги я обратила внимание на биглей. Красивые, яркие, энергичные и очень стильные собаки. Ну, подумаешь, охотничьи? Собаки же! Значит все так же, как и остальные будут понимать и делать. Решено. Хочу бигля!
И как раз в это время на работе появился молодой человек, который очень хотел произвести на меня впечатление - заказала ему щенка. Выбрала. Поехали и купили.
В квартире, куда мы поехали за ним, было две коробки с малышами йоркширских и вест-хайленд уайт терьеров, чьих родителей я не заметила. И в одной из комнат одиноко сканировал носом все углы такой красивый, прям как с картинки, только настоящий БИГЛЬ! Хочу его, надо брать! Наше появление не сильно его заинтересовало, подойти поздороваться он не пожелал. Хочу его! Позвала, подошел - погладила, и снова убежал в комнату с другими щенками. Но я решила, что этот независимый и не особенно заинтересованный во мне щенок - мой! Так в моей жизни появился Рус Димиан Полл Рональдо, став просто Роном.
Первая ночь прошла тяжело, он много плакал и скулил. Вообще вел себя тревожно и сложно адаптировался. Ночами спать не давал, днем гулял увлеченно, но не по "делу".
Две недели недосыпа из-за совмещения работы и попытки растить щенка обещали плавно перейти в 1 сентября и добавить в рутину еще 4-й курс очного отделения института.
Внутренний кризис нарастал. Я не хотела отказываться от собаки, устала работать и совсем не готова была возвращаться на учебу. Остро возникла необходимость отрешенной жизни и большого отдыха.
И как раз параллельно всему этому осознаю подруга нашей семьи исполнила свою давнюю мечту. Купила дом в деревне с большой территорией и уже неделю как переехала жить на натуральное хозяйство со своими 4-мя лошадьми.
На вопрос, возьмет ли меня с собакой к себе пожить был дан положительный ответ, и мы начали собирать вещи.
Так началась одна из самых удивительных и важных глав в моей жизни. Но сейчас хочу рассказать про Рона.
Это был жутко шкодливый щенок, который олицетворял собой иллюстрацию выражения, что "бигль - это нос, напрямую соединенный с желудком". О находил все съедобное, что можно было найти и съедал все, что можно было съесть. Оставить его и еду на столе в одном помещении без присмотра, как вскоре выяснилось, идея не из лучших. Даже будучи много раз наказанным, он снова и снова воровал нашу еду.
А когда вредничал и отказывался от своей, мы оставляли его порцию на кухне так, как будто это не ему и вообще лазить туда нельзя. И уходили. Миска вскоре оказывалась пуста.
Однажды мы разбирались на заднем дворе, и Рон с очень довольным видом пришел и улегся спать на клочке сена неподалеку. Его живот был необычно круглой и набитой формы. Как позже выяснилось, туда уместилась кастрюля гречки с тушенкой, сползшая с полки и приоткрывшая тем самым дверцу холодильника.
Еще в один день я заметила, что у него подозрительные ярко-желтые пятна на морде. Дело в том, что наши молодые куры гуляли по всей огромной территории вокруг дома и мы никак не могли понять, где они несутся. Рон, видимо, понял это без особого труда и разок мне всё же удалось подсмотреть, как он полез на большой стог сена и аккуратно вынул яйцо из-под накрывавшей его от дождя клеенки. Там оказалось большое гнездо, в котором мы нашли еще 5 яиц. А Рона, на время выгула кур, мы стали привязывать во дворе.
Когда мы забывали следить за остывающей в большом ведре свинской едой, ее количество заметно уменьшалось. И однажды мы провели эксперимент - позволили есть из этого ведра столько, сколько он сможет...В итоге пришлось увести его самим.
Наш огород был завален пластиковыми бутылками - его любимыми игрушками - с ближайших помоек. А однажды, возвращаясь из магазина, мы встретили Рона, идущим из дома нам навстречу и держащим в зубах мою калошу. Куда он ее нес, мы так и не поняли, но стали периодически находить вторые пары нашей обуви в близлежащих землях.
Он рос очень смышленым среди постепенно наполняющегося живностью двора. Дружил с лошадьми, курами, другими собаками, козами, свиньями. Ко всем приставал с желанием поиграть. И когда его бодали, пинали и прикусывали - испытывал полнейший восторг. Нянчил маленьких козлят, которые нагло ползали по нему и приходили спать на его место. Облизывал и таскал за шкурки котят. Однажды в грязную погоду утащил одного на самый дальний край луга, что мы не сразу узнали малыша, когда он вернулся. А зимой мы отпускали с ним погулять нашу большую дворовую собаку. Нам так и не удалось подсчитать количество секунд, за которые эти счастливые морды превращались в счастливые точки на горизонте.
Его лучшей подругой стала маленькая лошадка Победа. Когда Рон достаточно окреп и смог психологически оторваться от дома, то стал верным спутником наших практически ежедневных конных прогулок. И их любимая с Победой игра называлась "растопчи собаку". Она неслась на него со страшной скоростью и била ногами в воздух и землю рядом с ним, случайно задев по-настоящему его только раз. А потом Рон сам носился за ней с типичным гулким биглиным лаем, будто гонит огромного зайца. Иногда они большую часть прогулки так и бегали друг за другом вокруг нас. В прочем, за зайцами Рон тоже бегал. Порой след уводил его далеко, а иногда мы даже слышали, как он гонит кого-то. Но ни разу так никого и не увидели и домой возвращались в такие дни по-отдельности.
Выносливость была его особенным качеством. Как-то в хорошем настроении мы долго ехали рысью, потом галопом и снова рысью, что Рон сильно отстал. Мы решили перейти на шаг, чтобы дождаться его и дать отдохнуть. Через несколько минут он нагнал нас, громко дыша и с вываленным на бок языком, и, не замедлившись ни на секунду, умчался вперед. После подобных прогулок я так всегда радовалась, что собачка хорошо погуляла и теперь счастливо заснет. Но собачка приходила домой, проверяла все углы на предмет еды и тут же отправлялась болтаться по деревне, проверяя местные помойки и дразня привязанных собак. Мы позволяли ему так гулять. Сейчас мне сложно ответить, почему. На Новый год мама подарила мне охотничий рог, чтобы отзывать от следа в поле и призывать вечером домой. Но ничего страшного в таких его путешествиях я не видела. Лишь однажды, когда мы пошли в магазин, то увидели, как Рон лежит на боку у входа, прислонившись спиной к его стене и, вытянув лапы, крепко спит. Будто абсолютно бездомный, слегка припыленный и живущий на подаяния пес. В деревне все его знали и любили и, разумеется, подкармливали. Мне кажется, он жил счастливо, беззаботно и абсолютно свободно.
Но пришло время возвращаться в город. Полный непривычных шумов, запахов, суеты. Каждая прогулка становилась большим стрессом для нас обоих. Рон привык дружить со всеми животными, но городские собаки очень плохо социализированы и в большинстве не слушают своих хозяев. Исключения становились для нас обоих праздником!
Как-то, рассмеявшись, мы подкрепили его выдумку: при встрече с другими собаками ложиться грудью на землю и так ползти мимо них, игриво посматривая из-под бровей. Собаки недоумевали, но все встречные хозяева были покорены.
Но каждое отпущение с поводка в городе грозило обернуться поисками пропавшего животного. Дома он грустно лежал на своем месте и оживлялся лишь при звуке столовых приборов. Благодаря сложившийся ситуации я стала активно изучать зоопсихологию и пришла к новой кинологии, которая открыла мне глаза и сердце на удивительный мир отношений собаки и человека. Мы стали много заниматься, по-другому гулять. В попытках переключить и занять его ум, я обучила его многим трюкам цирковой дрессировки. Послушание дошло до того, что в обеденную прогулку мы полностью, а в утренне-вечернюю частично обходились без поводка. Мы стали понимать друг друга намного лучше, и все острее я чувствовала, будто ограничивала его природу. Он куда-то тянулся, все время интересовался чем-то далеким, там где-то...другими собаками, кошками, запахами. Его взгляд и ум всегда были устремлены куда-то вдаль. И мои попытки искусственно развернуть его на внутриквартирную и городскую деятельность выглядели противоестественно и эгоистично. Нет, разумеется, он играл в игрушки и игры, радостно встречал меня и приходил почесаться за ушком, но эти моменты затмевало нарастающее чувство тоски и безысходности. И тогда было принято решение его отдать. Какому-нибудь хорошему дяде-охотнику, в частный дом со своей территорией, с уже собственным биглем, чтобы регулярно выходил с собаками в поля и позволял Рону жить в согласии со своей природой - независимой, свободолюбивой, увлеченной собаками, запахами и едой.
На одной из особенно нервных наших прогулок я взмолилась небу и всем добрым ангелам, чтобы помогли найти выход из этой ситуации и позаботились о Роне наилучшим образом. И вечером того же дня решилась написать объявление на большом породном форуме с очень четкими условиями, с которыми отдаю собаку. И на следующий же день нашелся такой человек, вскоре приехал из далекого Ейска и забрал Рона к себе.
Рон, несомненно, была моя родная собачья душа. Мне казалось, что он никак и никогда не был особо привязан ко мне. Но в тот миг, когда повела его к машине, чтобы навсегда попрощаться после целой жизни, которую мы прожили с ним, после всего, через что вместе прошли...в тот самый миг болело все мое существо, а из сердца будто с корнем выдиралась нить, которая, оказывается, крепко связывала наши души. Рон шел рядом медленно и робко, с провисшим поводком и на каждом шагу заглядывая мне в глаза. Он никогда не смотрел на меня так часто и с такой грустью, как в этот короткий путь до машины с краснодарскими номерами. Он все понимал.
Всю ночь я проплакала, прося у него прощения и желая ему счастья. Но в глубине души я знала, что приняла верное решение и так будет лучше для него.
Сейчас Рон живет у моря, в частном доме со своей территорией, подругой бигледевочкой, родившейся на 3 дня раньше его. С регулярными выездами в поля, леса и посадки на настоящую охоту. Рус Димиан Полл Рональдо стал любимцем большой семьи, достойным помощником на охоте и, не так давно, любящим отцом.
Мне кажется, он должен был пройти через меня, вырасти в деревне свободным и смелым, чтобы попасть туда, где он, я уверена, счастлив сейчас. Я смогла отпустить его со светлым и чистым сердцем, но помню все наши приключения и всегда буду благодарна за то, чему он меня научил.
Комментариев нет:
Отправить комментарий